Category: армия

Самодовольный кабальеро Эндрюс

Музей Армии

В Париже два дня почти целиком ушли у нас на Музей Армии.
Это тот, что находится в доме Инвалидов.
[Spoiler (click to open)]

История гласит, что Людовик 14-й решил повысить престиж армии, позаботившись о ветеранах. И, конечно, построил шикарный дворец, где были церковь, лазарет и трапезная, а также жилые комнаты для ветеранов.
Теперь там армейский музей и собрана потрясающая коллекция оружия, военной формы и прочих предметов. Причем не просто собрана, а интересно и сочно подана.

Collapse )
Самодовольный кабальеро Эндрюс

Хроники ролевика, часть вторая

ЧАСТЬ ВТОРАЯ | Первая часть
“Первая кровь”

21.04, понедельник

Всю команду лихорадит. Мы едем на игру! Решил снова взяться за заброшенный в прошлом году дневник, дабы сохранить наш опыт для потомков.

До игры осталось меньше двух недель. Все носятся по городу с выпученными глазами — готовятся. Едем эльфами — в этом виноват, конечно, Змей. Он вообще был очень удивлен, когда узнал, что состоит в нашей команде, долго отбивался и протестовал — это он от радости, наверное. Сейчас уже смирился. На редкость асоциальный тип.

Collapse )
via
Самодовольный кабальеро Эндрюс

Марчелло Арджилли. Солдафония

Марчелло Арджилли

СОЛДАФОНИЯ

КОГДА Я ВЫРАСТУ, Я БУДУ ВОЕННЫМ

В цивилизованных городах, таких, например, как Поэтония, Архитектория, Рафаэлия, если ребенок с утра до вечера бегает по двору с игрушечным автоматом и — тра‑та‑та‑та‑та — целится в кошек, собак, людей, его ведут в кино.

— Тебе нравится война?— спрашивает отец.— В таком случае посмотри этот фильм.

В зале гаснет свет — и начинается документальный фильм о Солдафонии, городе, где у власти стоит военная хунта и где слово «мир» равносильно ругательству.

Первые кадры запечатлели общий вид города. На каждом шагу — огромные казармы. Светает. Звучит утренняя зоря. А вот и торжественный подъем флага.

Улицы заполняются людьми. На всех — мундиры: мундир рабочего, школьника, чиновника, сестры милосердия. Самая почетная форма — военная. Встречаясь, люди отдают друг другу честь, и руки так и мелькают вверх — вниз, словно их дергают за ниточку. Трижды в день под музыку военного оркестра по городу проносят знамя, и тогда в действие приходят сразу все ниточки и люди вытягиваются по стойке «смирно».

Куда ни посмотришь, всюду плакаты: «ДЕРЖИ ЯЗЫК ЗА ЗУБАМИ! БОЛТУН — НАХОДКА ДЛЯ ВРАГА!», «ПРОХОД ЗАКРЫТ! ВОЕННЫЙ ОБЪЕКТ!», «СНАЧАЛА ПРОПУСТИ ТАНК, ПОТОМ ПРОЕЗЖАЙ САМ!». Патрули следят за тем, чтобы все щелкали каблуками, у ворот заводов и фабрик дежурят наряды пулеметчиков, в подъездах портье‑часовые спрашивают у всех пароль.

Collapse )
Самодовольный кабальеро Эндрюс

Сколько продержится Россия? («Time», США)

Сколько продержится Россия? («Time», США)

Вопрос о том, станет ли Битва за Россию самой важной битвой в истории человечества, решают не немецкие солдаты. Ответ на него зависит от русских
Статья опубликована 30 июня 1941 г.

Немец, спрятавшись за деревом, вглядывается в русские позиции. Он в мундире, но без оружия. Он возбужденно говорит что-то в трубку полевого телефона — но это не доклад командованию.

Он — один из бойких пропагандистов доктора Геббельса, словно коммивояжер, 'продающий' соотечественникам очередную войну.

В голосе немца чувствуется ликование; в остальном же его рассказ звучит непринужденно, словно репортаж о теннисном матче на корте берлинского Красно-белого клуба. 'Сейчас солнечное летнее утро, и события развиваются просто отлично'.

Он описывает, как в 3:05 утра военная машина Германии пришла в движение: самолеты поднялись в воздух, чтобы обрушить смерть на не успевшего проснуться противника, затем вперед ползком пробрались саперы, готовя свои 'маленькие сюрпризы', и, наконец, сорвалась с места вся гигантская механизированная сила вермахта — грохочущая, стремительная, плюющаяся огнем, готовая крушить и давить другую, неизвестную по мощи силу, что стоит у нее на пути.

В этот момент на одном из участков 3000-мильного фронта часть, к которой он прикомандирован, готовится к штурму русского опорного пункта — противотанковые ловушки, блиндажи, казарма. Репортаж продолжается: 'Огонь русских не останавливает нашу пехоту. [Из радиоприемника доносится треск пулеметов, взрывы бомб]. Но вот там один блиндаж все еще отвечает. Это не бетонный дот, он сделан из бревен. Теперь русские идут вперед [дробь винтовочных выстрелов], но, конечно, мы их останавливаем. Вот я вижу, наша пехота снова двинулась в атаку. . . . Блиндаж взят. Очевидно, нам в руки попали первые русские пленные. . . .'

Collapse )

© Максим Коробочкин , ИноСМИ.Ru via Вук Задунайский